Как война в Украине изменила Германию

Нападение России на Украину сдвинуло тектонические плиты немецкой политики и усложнило жизнь многим людям. Есть ли луч надежды? Возможно, в самом конце.

В полночь в Берлине гаснет свет. Затем резко гаснет свет на Бранденбургских воротах. Кельнский собор, который раньше был виден, как маяк, издалека в темноте, тоже стал невидимым.

Во Франкфурте-на-Майне остаются темными Рёмер и Паульскирхе, в Гамбурге – Мишель, а в Дрездене – Фрауэнкирхе. В Гейдельберге вид сияющего в ночи замка остался в прошлом. В бледном лунном свете Нойшванштайн выглядит так, словно превратился в призрачный замок.

Прекращение освещения даже самых известных достопримечательностей и туристических объектов является особенно заметным последствием войны в Украине и вызванного ею энергетического кризиса в Германии. Кто мог представить себе такое в канун Нового 2021 года? Тогда в стране только что сменилось правительство. Впервые за 16 лет с новогодним обращением выступила не Ангела Меркель, а Олаф Шольц. Изредка хмурясь и слегка покачивая головой, новый канцлер призвал поддержать реструктуризацию государства и экономики в сторону большей защиты климата. Второй важной темой была Corona.

Мир после уже не такой, как мир до

Менее чем через два месяца, 24 февраля 2022 года, Россия напала на Украину, а через три дня Шольц заявил в Бундестаге: «Мы переживаем поворотный момент времени. Это значит: мир после уже не такой, как мир до».

Термин «поворот времени» прижился. Историк Андреас Рёддер, в настоящее время приглашенный профессор Университета Джонса Хопкинса в Вашингтоне, даже отмечает, что немецкое слово регулярно цитируется в политических дебатах в США. «Великие эпохальные переломы всегда выглядят более незрелищно с близкого расстояния, чем с расстояния. Я уверен, что только с течением времени мы в полной мере осознаем, что 2022 год кардинально изменил наше представление о мире», – сказал Рёддер в интервью Deutsche Presse-Agentur.

Уже ясно, что война сдвинула тектонические плиты внешней политики и политики безопасности Германии. Это особенно заметно среди «Зеленых», которые определенно отвернулись от пацифизма. Вспомните партийного левака Антона Хофрайтера, который теперь перечисляет категории оружия на телевидении, как когда-то это делал королевский обер-лейтенант Баварии на ситуационном брифинге. По своей сути, поворот времени заключается в признании того, что Германия не может отгородиться от большого плохого внешнего мира. Таким образом, «чувство Шира» времен Меркель – так иногда называли этот менталитет отступления – уходит в историю.

Где позиционируют себя Германия и Европа?

Однако это не означает, что направление внешней политики Германии уже определено. «Что еще предстоит сделать, так это перейти от «замазывания» Меркель к реальной геополитической стратегии», – говорит Рёддер. «Где Германия и Европа позиционируют себя между крупными игроками – США, Китаем, Индией и Россией?» В частности, отношение к Китаю остается неоднозначным: должны ли экономические интересы по-прежнему иметь приоритет или теперь речь идет о прекращении зависимости от диктаторской мировой державы?

Однако война коренным образом изменила не только немецкую политику, но и немецкое общество. «Год назад подавляющее большинство немцев, в том числе и более молодых, вероятно, исключили бы возможность того, что города Европейского союза когда-либо подвергнутся бомбардировке при их жизни», – говорит социолог Геральд Кнаус. «Теперь это уже не является абсолютно нереальным». Кнаус, австриец из Берлина и организатор соглашения о беженцах между ЕС и Турцией 2016 года, занял четкую позицию в дебатах о поставках оружия для Украины: он абсолютно «за», в том числе и в том, что касается танков.

Война в Украине будет продолжаться очень долго

Существование украинцев находится под угрозой из-за войны – это вызвало волну желания помочь и в Германии. Тем временем, однако, стало ясно, что война будет продолжаться еще очень долго. И это оказывает давление на многих граждан Германии. Возьмем, к примеру, расходы на электроэнергию: «До сих пор каждый, кому приходилось тратить более десяти процентов своего чистого дохода на бытовую энергию, считался энергетически бедным», – объясняет исследователь бедности Кристоф Баттервегге. «Теперь это относится далеко к середине общества». Вместе с уже сильно возросшей арендной платой это приводит к тому, что значительная часть семей арендаторов вынуждена тратить более 40 или даже 50 процентов своего дохода на оплату жилья, отопления и электроэнергии.

С помощью пакетов помощи «светофорная коалиция» пытается смягчить худшее. Но правительство не сможет продолжать в том же духе вечно. «Грядут тяжелые годы, тяжелые годы», – предупредил в конце октября федеральный президент Франк-Вальтер Штайнмайер, говоря об «эпохе встречного ветра». Возможно, это звучит как насмешка для ушей тех, кто и так с трудом сводит концы с концами, но все же процитируем: «Этот кризис требует, чтобы мы снова научились быть смиренными».

На горизонте маячит дополнительное бремя: ожидается, что этой зимой число беженцев увеличится. Эксперт по миграции Джеральд Кнаус даже предупреждает: «Германия и весь ЕС должны готовиться к такому движению мигрантов, какого Европа не видела с 1940‑х годов».

Он видит три причины для этого. Во-первых, атаки беспилотников на центры украинских городов, которые летом все еще казались относительно безопасными. Во-вторых, целенаправленное разрушение украинской электросети. «И в‑третьих, постоянная игра на страхе перед оружием массового поражения». По словам Кнауса, угрозы Путина также преследуют стратегическую цель привести в движение поток беженцев и тем самым дестабилизировать западные общества; к этому открыто призывают депутаты Госдумы и пропагандисты на российском государственном телевидении. «Путин рассчитывает на страх перед миграцией, чтобы подстегнуть своих друзей-популистов правого толка здесь, на Западе. Он должен потерпеть неудачу», – убежден Кнаус.

Есть ли луч надежды?

Возможно, в самом конце. С одной стороны, есть большие опасения, что нынешний каскад кризисов отодвинет задачу защиты климата на второй план. С другой стороны, Международное энергетическое агентство в Париже заявило, что кризис также может ускорить поворот в энергетике. Расширение использования ветровой и солнечной энергии приобрело иную актуальность. Министр финансов Кристиан Линднер (СвДП) вдруг заговорил об «энергии свободы» в связи с агрессивной войной России. Для того чтобы ослабить тормоза на пути расширения производства «зеленой» электроэнергии из ветра и солнца, коалиция «светофора» запустила крупный законодательный пакет.

Безусловно, обнадеживает и то, что НАТО и Европейский союз до сих пор действовали решительно и сплоченно, за исключением нескольких отступников, таких как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и премьер-министр Венгрии Виктор Орбан. Джеральд Кнаус считает, что если Западу удастся отстоять украинскую демократию, то поворот времен может даже оказаться поворотом к лучшему. «Потому что тогда мы будем жить в более мирной, более гуманной, более безопасной Европе». Это была бы крайне необходимая позитивная перспектива. Тем временем, по крайней мере, шпили Кельнского собора снова сияют, по словам главы собора, как «сдержанный знак надежды и уверенности».

Источник: ZEITUNG «AUSSIEDLERBOTE», Германия

МК

Поделиться:

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх