ПРОПАГАНДА КАК УПРАВЛЕНИЕ ИНФОРМАЦИОННЫМ ПРОСТРАНСТВОМ И, СООТВЕТСТВЕННО, МОЗГАМИ

Георгий Почепцов

Пропаганда  набирает свою силу в кризисных с точки зрения власти ситуациях. Власть начинает ощущать неустойчивость своих позиций в общественном мнении, порождая в ответ жесткий контроль за информационными потоками. И даже шире: не только за медиа, а и за образованием, литературой и искусством, то есть за виртуальными потоками тоже. А это уже не тактические подсказки, а стратегические. Кстати, сегодня исследователи оперируют даже термином стратегический нарратив, понимая под ним метанарратив, из которого выводятся другие нарративы.

Власть в первую очередь удерживает свои стратегические нарративы, поскольку все остальное является производным от них. Одновременно исторический опыт СССР показал, что жесткость  — это не самый оптимальный опыт управления, особенно для случая литературы и искусства. Они строятся на «мягких» форматах развлекательности. Лучшие имена и произведения возникали в послереволюционные времена и в период оттепели, когда система пропаганды не была столь тотальной, а контроль не таким жестким. Мягкие формы в условиях жесткого контроля теряют свою привлекательность, что ведет к отходу от них читателей и зрителей.

Правда, во времена кризисов, например, войны, государству нужно только физическое тело гражданина, поэтому разнообразие его мыслей в голове никого не интересует, тем более что мысли могут быть как полезными, так и вредными для государства, а пропаганда работает только с правильными мыслями, поэтому ее так любит государство.

К тому же, эта свобода, например, временно возникшая в период оттепели, была передана дальше, можно сказать, через поколения, поскольку большая часть политических советников первых лиц уже во времена Брежнева, запускавших конвергенцию двух систем, перестройку и под. «отклонения» от прошлой генеральной линии партии, были сформированы периодом «оттепели». Так и литература и искусство послереволюционного времени (это фигуры Эйзенштейна и др.) были созданы в период свободы, а не репрессий, которые пришли на следующем этапе. Китайский принцип раскрепощения «пусть расцветает сто цветов» (интересно, что этот процесс был запущен Мао Цзэдуном в 1957 году, а сам по себе лозунг принадлежал одному из китайских императоров прошлого). Там еще имелось продолжение — «пусть соперничают сто школ».

Это было стимуляцией системы создания разнообразной виртуальной продукции: «Лозунг «пусть расцветают сто цветов» Мао впервые упомянул в 1951 г. при создании Института по изучению китайской оперы и драмы. В 1953 г. при формировании Комитета по изучению истории Китая заместитель заведующего Отделом пропаганды ЦК КПК Чэнь Бода напомнил об этом лозунге. 28 апреля 1956 г. на расширенном заседании Политбюро ЦК КПК он вновь вернулся к данной теме, а Мао Цзэдун подтвердил, что лозунг «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ» должен стать партийным курсом: в вопросах искусства – «пусть расцветают сто цветов», в вопросах науки – «пусть соперничают сто школ». В 1957 г., не отказываясь от самого лозунга, Мао Цзэдун внес в него коррективы: расцветать должны только «благоухающие цветы», а «ядовитые сорняки» надо выпалывать» [1].

Сегодня на них еще смотрят и так: «Кампания по усилению гласности и критики «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», объявленная лидером Китайской коммунистической партии Мао Цзэдуном в 1957 году, на самом деле была ловушкой, позволившей выявить более полумиллиона несогласных с режимом интеллигентов и в последующие годы уничтожить их» [2]. Однако следует понимать, что этот злонамеренный вариант не обязательно был реальным. Это могло быть реакцией на разнообразие, которое не могла остановить партийная коррекция.

Это был интересный опыт стимулирования не только текстов, но и мозгов. Собственно говоря, одинаковое мышление всегда является главной целью пропаганды. Ее задачей является предупреждение варианта появления контр-мышления, поскольку управлять разнообразным сложно. Идеалом для власти является армия, где мысли и действия синхронны с приказами командования.

А. Генис пишет: «Теоретики диктаторских режимов проводят чёткую границу между властью авторитарной и тоталитарной. Одна ограждает себя от тех, кто с ней борется, но оставляет (не всегда, но часто) в покое всех, кто молчит. В сущности, ей нет дела до того, что мы думаем на самом деле, пока мы ей врём, лишь бы врали. Тоталитарная власть потому так и называется, что она пожирает человека целиком. Охотники за явным и тайным, её палачи одержимы подозрениями и обидой. Они чувствуют, что их ненавидят даже молча, поэтому требуют от подданных не показного послушания вроде голосов на фальшивых выборах или никому не нужных ответов в опросах, а любви, той самой одиозной и всепоглощающей любви к Старшему брату. Не случайно из российских магазинов исчезают книги Джорджа Оруэлла и Ярослава Гашека: первый её описал, второй показал, как над ней издеваться» [3].

Кстати, А. Генис  в беседе с Гордеевой упомянул, что у него две бабушки жили на улице Чкалова в Киеве, которая сегодня переименована в улицу Гончара [4]. Это достаточно характерный пример. Первое: пропаганда всегда строится на возвеличивании героев-воинов, второе: они в большинстве случаев не имеют отношения к конкретике местности. Одни и те же военные победы возвеличиваются для всех и вся. И поскольку пропаганда оказывается не национально ориентированной, от нее легко можно уйти при смене политической системы.

Интересно, что на пропаганду работают не только прямые призывы, но и очень много косвенных, особенно тех, которые «спрятаны» в художественных медиа. Кино, например, было именно таким пропагандистским инструментарием, который входил в массовое сознание скрытно, под прикрытием развлекательности. 

Если от пропаганды в газете можно было «закрыться», не читая, то кино не давало такой возможности. Человек сам шел туда, считая, что перед ним внепропагандистские формы воздействия. Когда мы смотрим на число зрителей кино в СССР, следует помнить, что жителей тогда в СССР было 280 — 290 миллионов (в разные годы). Если от пропаганды люди бегут, то в кино они не просто стремятся, но еще и оплачивают это свое желание сами. Это вообще идеал, когда жители еще и платят за получение пропаганды.

Вот данные статистики того времени: «динамика кинопосещаемости советских и зарубежных фильмов на душу населения СССР (указано число посещений кинозалов за год) выглядела так:

  • 15,1 млн. (1957),
  • 17,0 млн. (1960),
  • 17,9 млн. (1963),
  • 18,7 млн. (1965),
  • 19,0 млн. (1966),
  • 19,8 млн. (1968),
  • 19,4 млн. (1970),
  • 18,4 млн.  (1972),
  • 17,5 млн. (1976),
  • 15,5 млн. (1983),
  • 13,5 млн.  (1987),
  • 12,0 млн. (1991).

При этом «средняя посещаемость одного игрового советского фильма за год проката в период наивысшей зрительской активности населения СССР составляла: 1962-й— 12,0 млн. зрителей, 1965-й — 13,2 млн., 1969-й — 15,8 млн., 1973-й — 11,7 млн.» [5]. 

Обратим внимание и на то, как к 1991 г.  падала посещаемость кино, что одновременно отражает кризис советской пропаганды. Она была слишком выпяченной в отличие от пропаганды западной.

Все это отражение погружения в «инодействительность», где тоже была пропаганда, но она «пряталась» за развлекательностью. Любой фильм, попавший на широкий экран, с неизбежностью нес в себе стратегический нарратив, из которого выводились любые другие варианты. 

И вот первая десятка фильмов с миллионами зрителей (и это лишь за первый год демонстрации): 

  • 1. 87,6 млн. Пираты ХХ века, к/с им. Горького, 1980
  • 2. 84,5 млн. Москва слезам не верит. Мосфильм, 1980
  • 3. 76,7 млн. Бриллиантовая рука. Мосфильм, 1969
  • 4. 76,5 млн. Кавказская пленница. Мосфильм, 1967
  • 5. 74,6 млн. Свадьба в Малиновке. Ленфильм, 1967
  • 6. 71,1 млн. Экипаж. Мосфильм, 1980
  • 7. 69,6 млн. Операция «Ы» и другие приключения Шурика. Мосфильм, 1965
  • 8. 68,6 млн. Всадник без головы. Ленфильм, 1973
  • 9. 66,2 млн. Новые приключения неуловимых. Мосфильм, 1969
  • 10. 66,0 млн. А зори здесь тихие… к/с им. Горького, 1972

Все это фильмы, о которых трудно сказать, что они были идеологическими. Советский человек устал от идеологии и хотел «расслабиться», чего, с другой стороны, очень не хотело допустить государство.

Пропаганда создает, если воспользоваться названием одного из вышеприведенных фильмов, — всадников без головы. «Голова» у них может меняться в зависимости от сегодняшней политической конъюнктуры. Украинский народ вчера был, например, «братским», а сегодня на его землю пришли танки — наверное, тоже «братские».

Созданное с помощью пропаганды информационное пространство напоминает ухоженный английский сад с четко распланированной структурой, где все находится в строго определенном месте. В этом саду трудятся садовники-пропагандисты, управляющие нами. В любой кризис их рекомендациям отдают предпочтения власти.

Из последних российских указаний пишущим в медиа можно узнать такое:

- избегать обозначения мобики - дать распоряжение военкорам;
- чаще говорить от первого лица - мы наступаем, наши бойцы;
- украинские войска называть боевиками, националистами, их начальство - киевским режимом, не использовать ВСУ;
-  исключить новояз - хлопки и возгорание вместо взрывов, ударов, диверсий.

Все эти инструкции называются  «О терминологии  в информсопровождении СВО» [6]. И они направлены на то, чтобы «правильное» обозначение привело в результате к «правильному» с точки зрения власти мышлению. Массовое сознание пользуется теми «кубиками», которые у него есть. А в наличии у него только то, что пришло из медиа.

И по сути такие цели конструирования реальности из предложенных «кубиков» преследуют «методички» для медиа, разбираемые А. Перцевым в Медузе [7 — 8]. Это как бы второй слой картинки, стоящей за фактами рассказывания, например, с экрана.

Это определенное «подталкивание» к созданию в головах конкретной модели мира, именуемое инструкцией. Причем здесь обрела уже свою стандартную форму подачи информации: «Каждая инструкция обладает четкой структурой. Во всех текстах обозначено «Главное событие», о котором пропаганда должна рассказать россиянам. Например, в методичке, составленной в самом начале октября, таким событием стали результаты опроса ВЦИОМа, согласно которому 75% респондентов якобы «положительно» относятся к аннексии украинских территорий — а еще, по мнению 83%, Россия якобы «должна защищать интересы жителей, даже если это осложнит отношения с другими странами»» [9].

Это такая «арифметика», если не «алгебра» разговора с массовым сознанием. В результате массовое сознание будет оперировать теми же когнитивными конструкциями, которые навязываются ему в методичках. И приходить к выводам, к которым подталкивает пропаганды.

О мобилизации, например: «следует сообщить россиянам, что «большинство мобилизованных понимают задачи и цели своего участия в защите Родины». Процесс мобилизации в России якобы выглядит так: «Сколачиваются крепкие дружные коллективы, мужчины готовы помогать друг другу, с легкостью вспоминают военные навыки и учатся новому. Разрабатываются новые эффективные механизмы для того, чтобы желающие отдать долг Родине не испытывали трудностей. На портале «Госуслуги» после начала регистрации добровольцев поступило уже более 70 тысяч запросов. В некоторых регионах план по частичной мобилизации уже выполнен — в том числе благодаря участию добровольцев».

Минобороны управляет своими военкорами, за гражданскую прессу несет ответственность Администрация Президента: «По словам источника «Медузы», близкого к Кремлю, эти тексты пишут в управлении общественных проектов президентской администрации, именно оно курирует телеграм-каналы, блогеров и многие СМИ. Непосредственно за составление методичек сейчас якобы отвечает заместитель главы управления Алексей Жарич — в начале 2010-х работавший заместителем директора «Уралвагонзавода» (на вопросы «Медузы» он не ответил). «Поэтому, в принципе, вся пропаганда похожа на „Уралвагонзавод“», — с иронией комментирует собеседник «Медузы», работающий в государственном СМИ, которое получает инструкции из Кремля. Он добавил, что с начала войны сотрудники АП так и не смогли придумать ничего нового в информационной «отработке» российского вторжения в Украину и пользуются опытом, накопленным при освещении выборов и других политических событий в России. В том числе продолжают использовать систему методичек для государственных и лояльных СМИ. «Во время войны этим ребятам [из Кремля] откровенно сложно. Противостоять украинским медиа мы не можем. Обезображенные трупы российских солдат сложно перекрыть позитивом», — рассуждает сотрудник провластного СМИ, с которым поговорила «Медуза»» (там же).

И это не просто правильная коммуникативная линия, это единственно возможное говорение на данную тему. Везде в результате будет одно и то же. И телевидение, и соцмедиа, а и газеты будут «петь хором». А «народные артисты» типа В. Соловьева будут наводить «лоск» на эту официальную версию действительности, придавая ей дополнительную достоверность за счет своего авторитета «глашатая правды».

Люди хотят жить в понятном мире, возможно, даже опасном, но все равно в понятном и предсказуемом. Управление методичками стало новым типом управления мозгами. И тут нужна конкретика, а не общие слова. Вот примеры такой конкретики [10]:

— «Перед получателями методичек ставятся и задачи: например, в документе от 7 марта указывается, что «важно тиражировать больше позитивной информации о ходе операции: примеры героизма, боевого духа, сплочённости военных, корректные и профессиональные методы работы, помощь беженцам и мирным людям». Методички должны помочь адресатам сформировать у россиян нужное представление о происходящем в Украине, настроить массовое сознание на противостояние против всего мира и борьбу с оппозицией. Судя по видео- и фотофайлам, которые входят в «темники», информационная борьба идет не только на телевидении, но и в интернете — с помощью мемов и вирусных фотографий. К всего двум методичкам, оказавшимся в распоряжении «Досье», прилагается более 20 гб сопроводительных материалов. В метаданных документов можно увидеть авторов — Андрей Грибанов и Дарья Лантратова. И если об Андрее Грибанове данных в сети почти нет, то второй автор, Дарья Лантратова, — это тяжелая артиллерия в информационной борьбе»; 

— «В методичке от 12 марта 2022 года, к которой приложила руку Лантратова, отмечены пять направлений работы над общественным мнением: защита России и Донбасса, поддержка действий президента и российской армии, победа в информационной войне, санкции и их последствия, а также противодействие протесту. Для оправдания необходимости спецоперации в Украине кремлевские пропагандисты в марте использовали следующие тезисы: «Украина готовилась напасть на Донбасс», «население Украины использовалось для психологических экспериментов американцами в качестве подопытных свинок» и «Россия вовремя начала спецоперацию, защитив тем самым Донбасс и своё будущее»;

— и все звучит в едином ключе, где любое отклонение становится наказуемым — ««Сейчас костяк вооруженных сил Украины составляют радикальные националисты, иностранные наемники и уголовники-рецидивисты. Киевская верхушка освободила из тюрем десятки тысяч заключенных, в том числе осужденных за совершение особо тяжких преступлений (убийцы, насильники, участники ОПГ и др.), и выдало им оружие под обязательство участвовать в боевых действиях против ВС РФ», — говорится в методичке от 7 марта. Авторы методичек для чиновников и блогеров предлагают использовать иллюстрации, чтобы противопоставлять хороших российских солдат плохим украинским. Вот, например, серия фотографий «5 правил русского солдата»: на одной фотографии изображен военный с оружием и надписью «Российский солдат не стреляет по жилым кварталам, домам, гражданским объектам». Здесь же картинка, которую активно распространяли среди российских пользователей соцсетей: на ней украинский солдат прикрывается детской коляской, а российский солдат прикрывает детскую коляску собой. Все это сопровождается надписью «Вот в чем разница»;

— любой негатив методичка в состоянии обратить в позитив: «Уход иностранных компаний, сокращение рабочих мест, закрытие McDonald’s и исчезновение из жизни россиян напитков Coca-Cola — это не знак экономического кризиса в стране, а время для новых возможностей местных производителей и полезной для здоровья пищи, утверждают в администрации президента. А от ухода Visa и Mastercard, согласно методичке от 7 марта, пострадают только оппозиционеры, сбежавшие из России: «Тем временем сторонники Навального, находящиеся заграницей, уже бьют тревогу, потому что теперь не смогут собирать донаты на свою подрывную деятельность. Таким образом своим решением Visa и Mastercard помогают российской политической системе избавиться от подобных «критиков», играющих под диктовку Запада. Маленький, но характерный пример глупости и нерассчитанности санкций».

С паническими настроениями россиян сотрудники АП предлагают бороться с помощью позитивных телевизионных сюжетов;

— все получают свои реинтерпретации, чтобы сохранить ситемный характер прордвигаемой картины мира: «Кроме блокировки социальных сетей в документе затрагивается и тема российской оппозиции. Информационные бойцы называют акции протеста незаконными и антироссийскими, а их организаторов — преступниками, сбежавшими из России и скрывающимися от уголовного преследования. «Все они открыто выступают против России и оправдывают 8-летний геноцид на Донбассе». Тем не менее, составители методички призывали успокаивать подписчиков в соцсетях: «Имеет смысл подготовить личный контент о том, как проходят ваши выходные с семьей – поход в музей, в кинотеатр, зоопарк и т.п. Важно демонстрировать уверенность и спокойствие, привычный ритм жизни», — рекомендуют кремлевские пропагандисты чиновникам и публичным лицам».

«Мы ленивы и нелюбопытны» — писал классик. Человек у телевизора не будет заниматься изысканиями, сравнивая разные варианты в поисках правды. И кстати, он всегда выбирает тот вариант, который больше соответствует его представлениям.

Чем больше с нашими головами работают пропагандисты, тем глубже им удается спрятать от нас правду. И мало кто хочет докапываться до истины. Часть таких действий носят не прямой, а косвенный характер. В описании Украины российскими медиа, к примеру, открыто вводятся отсылки к рейху: употребляются придуманные слова «укровермахт» или «бандерштат».

Главным «инициатором» пропаганды является АП — Администрация Президента, именуемая среди посвященных терминами аптека, фарма, админка: «Админка — старое понятие, которое распространилось в конце нулевых и начале 2010-х. Термины «аптека» и «фарма» появились относительно недавно и имеют интересное происхождение. Одно время рядом с выходом со станции метро «Лубянка» в сторону Старой площади, где находится комплекс зданий АП, располагалась известная среди московских наркопотребителей Аптека № 1» [11].

Путин — это, конечно, «папа». В бюрократических системах, кстати, это вполне привычное обозначение: «Неформальные прозвища президента России Владимира Путина. Чаще всего его называют «папой». «Верховный» используется реже, и в основном в силовой среде. Когда кто-то из элиты говорит «начальник», это означает, что он или она находится в близких отношениях с высшим политическим руководством — его или ее принимают не только в АП (где обычно говорят «папа»), но и в самом Кремле. Бывшего главу государства, зампредседателя Совета безопасности Дмитрия Медведева во время работы президентом называли просто Дима, ДАМ и так далее» (там же).

И еще «новояз»: «Аптекари, администраторы. Так называют сотрудников администрации президента. Мы не отмечаем какой-то особой специфики употребления того или иного жаргонного наименования среди конкретных групп (сотрудники, подрядчики, политтехнологи и так далее), работающих в АП или с АП.

Еще один вполне понятный термин, особенно для москвичей, а именно они и являются основными собеседниками — «соседняя площадь»: «Так сотрудники администрации президента и их подрядчики иногда называют ФСБ, расположенную в Москве на Лубянке — неподалеку от Старой площади, где находится комплекс зданий АП. Раньше у спецслужбы было прозвище «Детский мир» (потому что рядом со зданием находится Центральный детский магазин)».

Такой условный язык — это одновременно и признак секретности, и простое сокрытие от посторонних ушей. Здесь главные объекты и люди-должности зашифрованы, и по этому набору можно определять, как принимаются решения, какой аппаратный вес имеют те или иные учреждения и люди, как их любить и жаловать…

При этом система пропаганды нуждается в базовых основаниях, именуемых идеологией. Тогда каждый раз не приходится выдумывать образ врага и героя, а уже раскрывать их на новых примерах. То есть работа упрощается. Есть реальный объект и его иллюстрация — пропаганда. И вот эту псевдореальность дает идеология.

А ее нет, значит, ее тоже надо найти или вообще придумать, облегчая себе системную работу с населением: «Несмотря на тотальное доминирование в информационном поле, Кремль все больше нуждается в обновленной — хоть сколько-нибудь стройной и логичной — идеологии, которая могла бы, с одной стороны, убедительно оправдать российскую агрессию, а с другой — нарисовать для россиян надежный и внушающий доверие образ будущего страны. В образовательных учреждениях стали появляться ярко выраженные «идеологические дисциплины»: в школах проводят «Разговоры о важном», в институтах с нового учебного года введут предмет «Основы российской государственности». По данным источников «Медузы», в администрацию президента все чаще стали приглашать на мировоззренческие беседы ультраконсервативных историков и философов типа Александра Дугина — идеолога так называемого русского мира. В постах Дмитрия Медведева все чаще угадываются слог и мысли колумнистов некогда маргинальной газеты «Завтра» и ее главного редактора Александра Проханова, придерживающегося имперских взглядов» [12].

То есть идет «подпитка» как бы несуществующего, но очень нужного идеологического источника. А поскольку его нет, то каждый ищет его, где может. Д. Медведев, например, занялся десатанизацией, чем вызвал недоумение у специалистов. Например, библеист Андрей Десницкий говорит так: «И в христианстве, и в исламе, и в иудаизме (если, конечно, не брать сектантов и фанатиков) борьба с сатаной или иблисом понимается как духовное противостояние каждого человека выпадающим ему искушениям, а не как битву различных политических систем. Причина, по которой Медведев перешел на этот язык, видимо, одна: рациональные аргументы закончились» [13].

Д. Медведев пишет в своем телеграм-канале: «В чём наше оружие? Оружие бывает разное. У нас есть возможность отправить всех врагов в геенну огненную, но не это наша задача. Мы слушаем слова Создателя в наших сердцах и повинуемся им. Эти слова и дают нам священную цель. Цель остановить верховного властелина ада, какое бы имя он ни использовал – Сатана, Люцифер или иблис. Ибо его цель – погибель. Наша цель – жизнь. Его оружие – затейливая ложь. А наше оружие – Правда. Именно поэтому наше дело правое. Именно поэтому победа будет за нами!  [14].

И еще «мудрые мысли» и такой же стиль: «Кто воюет против нас? Мы сражаемся против тех, кто ненавидит нас, кто запрещает наш язык, наши ценности и даже нашу веру, кто насаждает ненависть к истории нашего Отечества. Против нас сегодня часть умирающего мира. Это кучка безумных нацистов-наркоманов, одурманенный и запуганный ими народ и большая стая лающих собак из западной псарни. С ними разномастная свора хрюкающих подсвинков и недалёких обывателей из распавшейся западной империи со стекающей по подбородку от вырождения слюной. У них нет веры и идеалов, кроме выдуманных ими же похабных привычек и насаждаемых ими стандартов двоемыслия, отрицающих дарованную нормальным людям мораль. Поэтому, поднявшись против них, мы приобрели сакральную мощь» (там же).

Пишут, понятно, помощники, но ругают в ответ самого Медведева, который в последнее время в борьбе за будущее кресло творит прямо чудеса. Д. Колезев замечает в своем телеграм-канале: «Кажется, Дмитрий Медведев перешел на тяжелые наркотики. Ну или нанял Александра Проханова в качестве литературного раба для своего телеграм-канала» [15].

Высказывания Д. Медведева стали предметов новых шуток, поскольку по-иному реагировать трудно. О разочаровании в Дмитрии Медведеве высказался к примеру, бизнесмен С. Полонский так: «Я, конечно, думаю, что он сошел с ума, безусловно, и это не только я думаю. Я считаю, что у него нужно забрать телефон и отправить его куда-нибудь на полгода на необитаемый остров, дабы он привел свои мозги в порядок, может быть, перестал пить или что там он делает. Я настолько разочарован, мягко говоря, и удивлен его поведением, что у меня оно вызывает… я даже не знаю, как это описать…Я об этом думал, и для меня это абсолютная загадка, что произошло с этим человеком, который все-таки был надеждой… То есть он был балансом между «ястребами» и «голубями», и все-таки как-то Россия двигалась и жила. И то, что с ним произошло, я думаю, что этот вопрос будут исследовать эксперты в области истории или эксперты в области психологии, или в Гаагском трибунале. То есть мне сложно говорить, я не являюсь экспертом в психологии и в сумасшествии людей» [16].

 Это достаточно жесткие слова. Но таких очень много. Вот мнение условных блогеров (условных, поскольку все это известные люди) [17]:

Николай Травкин84 года жизни положил Александр Андреевич Проханов на то, чтобы люди читали его тексты и охеревали: "батюшки-светы, да как же он с таким наполнением головы в настоящем времени пребывает?!"… А, вот, Дмитрий Анатольевич Медведев достиг всего этого уже к 57 годкам;
- Василий ГатовПро запасного презика скажу одно: с такими мыслями недалеко не только до "белочки", но и до пострига;
-  Иван Преображенский: Допился до чертиков, бывший человек Дмитрий Медведев. В прямом смысле слова.

Кстати, не меньшее внимание уделяется властью и школьникам, и студентам, для которых тоже пишутся методички: «Методички по поводу «спецоперации» в Украине предназначены для школьных учителей и преподавателей педагогических ВУЗов. С их помощью школьникам нужно помочь сформировать правильную картину мира, а студентов — убедить, что обстрелы мирных городов со стороны российской армии это фейк. В метаданных документов можно увидеть авторов — ими значатся Ольга Николаевна Суханова и Светлана Юрьевна Тохтуева. Имя Ольги Сухановой указано на презентации в PowerPoint, которая должна сопровождать лекцию для студентов (подробнее об её содержании ниже). Презентация состоит из 28 слайдов, основная мысль — в соцсетях и негосударственных СМИ полно фейков, поэтому верить можно только госСМИ. По мнению автора, недостоверную информацию публикуют телеканал «Дождь», радио «Эхо Москвы», издания «Медиазона», The New Times, «Новая газета», «Крым.Реалии» и другие. Автор методички напоминают, что с 1 марта Роскомнадзор ограничил доступ к «Эху Москвы» и «Дождю» за фейки о войне России с Украиной и за призывы к экстремистским действиям» [18].

Расцвет пропаганды отражается по многим направлениям. Пропагандисты, например, стали уже сами элементом фольклора, что лего делать, поскольку на них направлено внимание, хоть и искусственно создаваемое. Скабеева, например, обиделась на Гарика Харламова за такое его высказывание: «Что интересного в амурских тиграх? Они даже себе не интересны, поэтому они и не размножаются, им неинтересно это делать! Наверное, сидят, Скабееву смотрят. А после Скабеевой размножаться не хочется вообще» [19].

         И нескончаемое количество шуток о Соловьеве [20]:

- А вы знаете, что Владимир Соловьёв выстроил себе виллу в Италии, потому что ему было стыдно жить с Навальным в одной стране;
- Меня один вопрос мучает. Почему тех, кто убил Листьева, не нашли, а тех, кто не убил Соловьева, нашли?;
- Вот разные пропагандисты думают и даже пишут умные книги о том, как сплотить народ. Мол нужны победы, вера в мудрого вождя и осознание своей исключительности... А знаете, что на самом деле больше всего сплотило россиян в последние дни? Арест в Италии двух вилл Соловьёва. Это как раз тот вопрос, по которому все были абсолютно солидарны, ну кроме самого Соловьёва;
- Вы заметили, что за все годы пропагандист Соловьёв никогда не был в Крыму? Потому что боится санкций Италии;
- Чтобы погулять в 100 метрах от дома, Соловьеву надо лететь в Италию, Пескову — во Францию, а Малышевой — в США;
-  По существу, такие, как Соловьёв или Малышева — гастарбайтеры. Они вынуждены в поте лица трудиться в России, чтобы обеспечить своим семьям кусок хлеба в местах их проживания;
- Россия перебросит в Италию Владимира Соловьёва, чтобы он там рассказывал, что у них всё хорошо;
- Жизненное кредо Соловьева: Спагетти съешь сам, лапшой поделись с товарищами;
- В Италии снизили пенсионный возраст. У Соловьёва двойной праздник: и день рождения, и на родине пенсию получит раньше;
- Добрый вечер. В студии Владимир Соловьев. Ближайшие 2 часа мы будем говорить о выборах на Украине. Звонок в студию:
- Скажите, а когда мы будем говорить о проблемах России?
- Представься, мразь!;
- Владимир Соловьев обещал приехать в Екатеринбург, но по привычке купил билет в Италию;
- Предводитель отряда боевых краснобаев Кремля Владимир Соловьев жестко и непримиримо ответил на новый виток антироссийских санкций покупкой еще одной виллы в Италии.

Мир — это не только физическая реальность, но и то, что оказывается в наших головах. И именно на основании когнитивной реальности мы принимаем наши решения. И они часто становятся ошибочными, поскольку нами управляют другие, имеющие свои собственные интересы.

Поделиться:

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх