Обманчивая идиллия

Во время саммит-марафона запад демонстративно сплачиваются. Но когда дело доходит до Китая, альянс отнюдь не так сплочен, как кажется.

Сначала ЕС, затем сразу G7 и НАТО – шестидневный саммит-марафон западных союзников на прошлой неделе завершился. На всех этих встречах западные союзники были озабочены демонстрацией единства против России и агрессивной войной Путина против Украины. В этом преуспели и главы правительств и государств. Даже Турция находится на борту и дала свое согласие на укрепление северного фланга и согласилась на членство Швеции и Финляндии в НАТО.

Но когда дело доходит до взаимодействия с другим столь же сложным игроком, между западными странами нет согласия: речь идет о том, как иметь дело с Китаем. И хотя на всех трех саммитах основное внимание уделялось войне в Украине и санкциям против России, даже Соединенным Штатам пришлось с раскаянием признать, что любое ужесточение санкций зависит от Китая.

С бойкотом российской нефти, например: США не покупали никакой российской нефти с начала войны, за исключением Венгрии, государства ЕС хотят к концу года прекратить импорт из страны-агрессора. И все же санкции малоэффективны, потому что Китай покупает больше российской нефти, чем когда-либо прежде — по цене на 30 процентов ниже мировой рыночной цены.

Если Пекин не будет сотрудничать, ничего не получится.

США хотят восполнить эти пробелы и поэтому предложили ограничить цены на российскую нефть. Вашингтон надеется, в частности, на два эффекта: в последнее время доходы России фактически увеличились из-за резкого повышения цен на нефть и газ, несмотря на западные санкции. Предельная цена предотвратит это. Кроме того, учитывая высокие темпы инфляции, ограничение цен ограничит негативные последствия для сторонних рынков и потребителей во всем мире. Но то же самое и здесь: такой потолок цен на российскую нефть сработает только в том случае, если в дело вмешается Китай. Поэтому западные державы должны обратиться к Пекину.

Стремление к запрету на импорт российского золота также восходит к США. Россия является одним из крупнейших производителей золота в мире. При таком запрете россияне потеряли бы миллиардные доходы. Европейцы присоединятся. Только: Запад получает очень небольшое количество золота из России. Основными странами спроса являются Индия и Китай. То же самое и здесь: если Пекин не будет сотрудничать, ничего не получится.

Эти два примера с саммита G7 в Эльмау показывают, насколько действия Запада сейчас зависят от Китая. Однако, когда дело доходит до Китая, западные союзники далеко не едины.

С точки зрения правительства США, Народная Республика представляет гораздо большую угрозу, чем Россия.

С одной стороны, Великобритания, Канада и, прежде всего, США, которые уже давно видят своего величайшего противника в Китае, а не в России. С точки зрения правительства США, Народная Республика представляет гораздо большую угрозу в экономическом, технологическом и военном отношении.

И на самом деле Пекин сейчас работает против Запада. Внешне глава китайского государства и лидер партии Си Цзиньпин избегает декларировать поддержку России. Очевидно, он не хочет рисковать распространением западных санкций на Китай.

Однако, как продемонстрировал Си на виртуальном саммите стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР), на который он был приглашен незадолго до саммита «большой семерки», он воспользовался представившейся там возможностью, чтобы выступить против Запада. Однако он не стал критиковать Путина.

Это не мешает Франции и Германии смягчать свои отношения с Пекином. Федеральное правительство, в частности, хочет избежать чрезмерно конфронтационного подхода, поскольку оно опасается за хорошие экономические отношения Германии, которые более интенсивны с Китаем, чем с любой другой западной промышленно развитой страной.

В преддверии саммита G7 правительство Германии уже призывало к сближению с КНР. По мнению германских кругов на высшем уровне, важно предотвратить формирование блоков с Западом, с одной стороны, а также Китаем и Россией, с другой. Ведь мощная страна нужна и в других глобальных вопросах, таких как борьба с пандемией или изменением климата. Великобритания и США, с другой стороны, уже попросили Германию и другие страны на саммите G7 годом ранее в Корнуолле, Великобритания, решить, на чьей стороне они хотят быть в будущем. Из Берлина только говорят, что в настоящее время ведется работа над национальной стратегией для Китая. Он должен быть готов не позднее весны.

В новом стратегическом документе НАТО Китаю посвящен целый абзац.

На саммите «Большой семерки» скандала по этому поводу не было, так как участники, видимо, не хотели портить идиллическую атмосферу в баварском Эльмау. Отложено, но не снято. Вместо этого вопрос о том, как вести себя с Китаем, был поднят на саммите НАТО в Мадриде. По инициативе США НАТО также пригласила в Мадрид Австралию, Новую Зеландию, Южную Корею и Японию — демократические страны Азиатско-Тихоокеанского региона, которые чувствуют угрозу со стороны Китая.

Совместная декларация НАТО наносит удар. В новом стратегическом документе, принятом государствами-членами в Мадриде, целый параграф посвящен Китаю. «Цели, провозглашенные Китайской Народной Республикой, и ее политика принуждения бросают вызов нашим интересам, нашей безопасности и нашим ценностям», — говорится в сообщении. И еще: более тесные связи Китая с Россией противоречат интересам Запада. Кроме того, НАТО обвинило Китай в нападении на своих членов с помощью «злонамеренных гибридных киберопераций и конфронтационной риторики». Первоначально США и Великобритания хотели объявить Китай «риском» или даже «опасностью». Но Германия и Франция отказались. Соответственно, формулировка была смягчена.

Возмущение Пекина не заставило себя ждать. Пресс-секретарь МИД Китая Чжао Лицзянь заявил о «клевете». Стратегический документ НАТО игнорирует факты, путая черное и белое. «Раздувать так называемую китайскую угрозу совершенно бессмысленно», — сказал Чжао. А китайские государственные СМИ говорят: «Сначала угроза — Россия, теперь — Китай». «Но реальная угроза миру во всем мире исходит от самой НАТО.» Таким образом, попытки Германии смягчить критику Китая в стратегическом документе НАТО мало что дали. Гнев в Китае по-прежнему велик.

С «Партнерством для глобальной инфраструктуры» G7 хочет конкурировать с китайским «Новым Шелковым путем».

Одной из инициатив, по которой среди западных союзников было больше единства, является инвестиционная программа для развивающихся стран, также направленная против Китая, так называемое «Партнерство для глобальной инфраструктуры». С этой инициативой G7 хочет составить конкуренцию пекинскому проекту «Новый шелковый путь», запущенному в 2013 году, с помощью которого Китай находится в процессе открытия новых торговых путей в Европу, Африку, Латинскую Америку и Азию.

«Вместе мы хотим мобилизовать почти 600 миллиардов долларов через G7 к 2027 году», — заявил президент США Джо Байден, инициировавший проект. США хотят мобилизовать 200 миллиардов долларов США в виде государственного и частного капитала для этого партнерства только в течение следующих пяти лет. Президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен объявила, что «Team Europe» получит 300 миллиардов долларов. Япония, страна G7, выделяет 68 миллиардов долларов.

Официальный представитель США заявил, что инициатива будет нацелена на страны с низким и средним уровнем дохода. Целью являются инвестиции в инфраструктуру, «которые нужны странам без диктата извне». Проекты будут привязаны к высоким стандартам, «чтобы эти инвестиции были экономически и коммерчески обоснованы и не приводили к долговым ловушкам».

Никаких моральных условий своей инвестиционной помощи китайское руководство не ставит.

Но как бы ни был прав представитель США, на одном дыхании он неосознанно называет проблему с западной инициативой: многие страны, воспользовавшиеся средствами китайского проекта, сейчас понимают, что их долговые горы сильно выросли и они безнадежно имеют чрезмерную задолженность перед Китаем. Но что сделало предложение Китая столь привлекательным для многих государств — и в то же время могло стать проблемой для западных инициатив: китайское руководство не ставит никаких моральных условий для своей инвестиционной помощи. Но это то, что G7 хочет сделать – по крайней мере, они обещают. Однако это делает их инвестиционную программу менее привлекательной для авторитарных государств.

Кроме того, у «Большой семерки» есть и организационная проблема: хотя китайская инициатива «Новый шелковый путь» контролируется централизованно в Пекине, «Большая семерка» не так закрыта, как утверждает Шольц в Эльмау. Потому что не согласовано, будут ли вообще управлять гигантскими инфраструктурными проектами, и если да, то откуда. Или каждая промышленно развитая страна самостоятельно и несогласованно инвестирует где-то в Центральной Азии и Африке, как это было до сих пор.

Кроме того, неясно, могут ли вообще быть предоставлены миллиарды евро государствами «большой семерки» — по крайней мере, многие в этом сомневаются. В прошлом G7 также обещала фиксированные суммы для помощи в целях развития и борьбы с глобальной бедностью, а также для обещания помочь бедным странам в переходе к климатической нейтральности. Они никогда не были соблюдены.

Автор: Феликс Лиотвечает за глобальную экономику в TAZ и является редактором China.Table . С 2012 по 2019 год он был корреспондентом по Китаю в Пекине. Его первая книга вышла в 2011 году: «Победитель кризиса — чему Запад может научиться у Китая», в 2014 году вторая: «Власть и современность. Великий китайский реформатор Дэн Сяо-пин. Биография».

Источник: IPGJournal, Германия

Перевод МК

Поделиться:

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх