Нейтральное захолустье

В то время как Финляндия и Швеция планируют вступление в НАТО, Австрия даже не обсуждает это …

С «черным четвергом», 24 февраля, днем, когда войска Путина вторглись в Украину, вся Европа пережила «поворотный момент», как выразился канцлер Германии Олаф Шольц. Как выразилась министр иностранных дел Германии Анналена Бербок: «Сегодня мы проснулись в другом мире».

Нестабильная архитектура безопасности Европы, а также все рутинные привычки разрушены. 12 мая Финляндия подала заявку на членство в НАТО, которая также нашла подавляющее большинство среди финского населения — из всех мест в стране, где наиболее глубоко укоренился нейтралистский баланс между блоками. Соседняя Швеция хочет согласиться с этим шагом – также примечательный поворот, учитывая представление о себе несоюзной страны как о «мирной державе» с сопутствующим идеализмом малых государств. Страны Восточной Европы и страны Балтии в любом случае более чем когда-либо счастливы быть членами НАТО и его пунктом о взаимопомощи. А также другие страны бывшего советского блока, такие как Грузия,

Для НАТО едва ли могла быть лучшая «реклама», чем нападение на Украину.

Если трезво все это учитывать, то приходится констатировать, что Путин не может быть доволен теми изменениями, которые он сам осуществил. Для НАТО едва ли могла быть лучшая «реклама», чем нападение на Украину.

Удивительно, но дебаты и смена парадигмы полностью обошли стороной одну страну: Австрию. Вопрос о вступлении в НАТО поднимался там максимум в двух-трех теледебатах, но тут же был задушен. Канцлер Карл Нехаммер постановил, что нейтралитет «не подлежит обсуждению». Лидер оппозиции и амбициозный претендент на пост канцлера, лидер SPÖ Памела Ренди-Вагнер при каждом удобном случае клянется, что нейтралитет Австрии «не подлежит обсуждению». Правая националистическая FPÖ с ее пассивно-агрессивным мини-государственным патриотизмом видит то же самое. Для зеленых смена курса с пацифистской партии ненасилия на агитатора за вступление в НАТО была бы слишком резким ударом. А иначе был бы либеральный Неос,

Просто нет никаких дебатов о вступлении в НАТО и прекращении австрийского нейтралитета. Очевидная причина проста: нейтралитет и неприсоединение настолько популярны в Австрии, что никто не хочет вступать в эту дискуссию — и поэтому дух нейтрализма остается доминирующим.

Австрии не обязательно вступать в НАТО, чтобы на самом деле воспользоваться положением о взаимной помощи в соответствии со статьей 5 договора НАТО.

Частично это, конечно, удобная свободная позиция: Австрия окружена странами НАТО, если не считать границ с Лихтенштейном и Швейцарией. Австрии не обязательно вступать в НАТО, чтобы на самом деле воспользоваться положением о взаимной помощи в соответствии со статьей 5 договора НАТО. Чтобы вторгнуться на территорию Австрии, армия вторжения должна сначала атаковать члена НАТО. Если бы вы находились на внешней границе НАТО, вопросы безопасности и дебаты, безусловно, были бы совсем другими.

Но это только часть объяснения. Нейтралитет глубоко укоренен в австрийской идентичности. Как и Германия, Австрия была оккупирована союзниками после 1945 года и разделена на зоны оккупации, но считалась «освобожденной» страной. Статус государства долгое время оставался неясным, но политической целью основных партий было получение полного суверенитета. После смерти Сталина Советский Союз при Никите Хрущеве хотел послать внутри- и внешнеполитические сигналы «политики оттепели» — московское руководство решило, что этим подарком во внешней политике должна стать Австрия.

Сегодня мы знаем, что Советский Союз уже был полон решимости предоставить Австрии суверенитет в обмен на нейтралитет. Однако, когда несколько австрийских делегаций отправились в Москву в 1954 и 1955 годах для переговоров о прекращении оккупации, продолжавшейся с 1945 года, и о государственном договоре, они ничего об этом не знали, и многие наблюдатели сомневались, вернутся ли делегации живыми. Таким образом, австрийский нейтралитет ассоциируется в коллективной памяти с обретением «свободы», а также с умными и умелыми действиями правительства тогдашней коалиции ÖVP-SPÖ.

За десятилетия дух нейтралитета стал чем-то вроде национальной «гражданской религии».

Затем, спустя десятилетия, дух нейтралитета стал чем-то вроде национальной «гражданской религии». Некоторые важные встречи между сверхдержавами произошли на нейтральной территории Австрии, например, встреча Джона Ф. Кеннеди и Хрущева в 1961 году, которая не предотвратила Карибский кризис в следующем году. Здесь также базируется ряд институтов ООН, таких как ОБСЕ. Страна видит себя в роли миротворца и посредника – канцлер Нехаммер ездил в Украину в апреле, а затем, как первый глава западного государства с начала войны в Россию к Путину, благодаря чему прошлое несколько преображается. Сегодня во всяком случае люди во всех партиях гордятся независимой внешней политикой бывшего социал-демократа канцлера Бруно Крайского.

В этой «политической эмоциональности нейтралитета» есть свои сочувственные стороны — «диалог вместо насилия», «мир вместо войны», «великая задача для самых маленьких», — но есть и неясная обратная сторона. В Австрии люди склонны изображать мир таким образом, что все кошки в основном серые, а ты беспристрастно стоишь между плохими американцами и плохим Путиным. Сегодня нейтрализм едва ли можно невооруженным глазом отличить от морально сомнительного духа умиротворения. Хотя политика нейтралитета Крайского все еще интерпретировалась в интернационалистском ключе, она все больше становилась духом захолустья. В соответствии с девизом: если мы просто спрячемся за соседним деревом, нас никто не увидит, и тогда с нами ничего не может случиться. Примерно так, утрированно лишь немного саркастически.

На самом деле, конечно, нейтралитет уже давно подорван. В качестве государства-члена Европейского Союза независимая внешняя политика вряд ли возможна и даже нежелательна. Страна в любом случае включена в общую политику безопасности ЕС. Недавно страны-члены НАТО в Европейском союзе выступили с заявлением о поддержке нейтральных членов. В прошлом в Австрии могло быть что-то вроде «политической политики нейтралитета», сегодня она «нейтральна, но без политики».

Автор: Роберт Мисикживет и работает в Вене как писатель, эссеист, организатор выставок, театральный деятель и куратор мероприятий.

Перевод МК

Источник: IPG-Journal, Германия

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх