Сергей Гуриев: Я считаю Владимира Путина врагом России

Экономист Сергей Гуриев полагает, что из-за санкций экономика РФ по ряду параметров вернется в конец 1980-х — начало 1990-х годов, когда многие западные товары и технологии были недоступны.

Известный российский экономист Сергей Гуриев вынужденно покинул Россию в 2013 году в связи с так называемым «делом экспертов» в рамках второго дела ЮКОСа. С тех пор он преподает в одном из ведущих университетов Франции  Sciences Po. Ранее Гуриев также занимал должность главного экономиста Европейского банка реконструкции и развития.

Через несколько дней после вторжения России в Украину он стал одним из создателей Антивоенного комитета России, призванного противостоять войне и помогать пострадавшим от нее людям. А в марте Гуриев совместно с писателем Борисом Акуниным и актером Михаилом Барышниковым запустил благотворительный проект «Настоящая Россия» (True Russia), направленный на сбор средств в пользу украинских беженцев. 

В интервью DW Гуриев оценил возможные последствия экономических санкций, введенных Западом против России из-за ее вторжения в Украину, а также рассказал о своем благотворительном проекте.

DW: Запад ввел очень жесткие санкции в отношении России в связи с агрессией против Украины. В Кремле не ожидали такой реакции? На что, на ваш взгляд, рассчитывал Путин, когда начинал эту войну?

Сергей Гуриев: Насколько можно судить по разным утечкам, нет, не ожидали. Считалось, что самое страшное, на что может пойти Запад, это отключить Россию от системы SWIFT. И к этому Россия готовилась, пыталась создать свою собственную систему, которая сможет работать, по крайней мере, внутри страны.

Но никто не ожидал санкций против российского Центробанка и серьезного обсуждения нефтяного эмбарго, которое сейчас ведется во всех европейских столицах, а в США уже принято. И никто не ожидал исхода западных фирм из России и отказа западных компаний — компаний, а не правительств — покупать и транспортировать российскую нефть. В этом смысле, конечно, удар оказался гораздо существеннее, чем думали в Кремле.

— Судя по опросам, более 70% россиян поддерживают или с пониманием относятся к боевым действиям в Украине. Как санкции и их последствия для российской экономики смогут повлиять на их мнение?

— На самом деле информация о результатах опросов не вполне надежна. Вследствие введенной в России военной цензуры, так называемого «закона о фейках», не каждый россиянин станет отвечать по телефону, поддерживает он или нет «специальную военную операцию». Большинство отказываются говорить. По оценкам независимых исследователей, таковых свыше 90 процентов

С другой стороны, мы видим, что все митинги в поддержку организованы административным способом, нет никакого народного ликования. Сейчас, действительно, информация полностью контролируется: независимые СМИ закрыты, каждый день блокируются новые и новые социальные сети. Но рано или поздно граждане России начнут задавать вопрос: почему мы живем так плохо? Почему экономика находится в таком тяжелом положении? Почему мы не можем позволить себе еду и лекарства? И тогда они будут искать доступ к независимым СМИ.

— Насколько большую экономическую цену придется заплатить россиянам за войну в Украине?

— Надо понимать, что санкции направлены на то, чтобы лишить Владимира Путина ресурсов продолжать его войну. Российская экономика давно не была в таком состоянии, когда все западные компании покинули ее, когда она отрезана от иностранных технологий и инвестиций. Говорят, что российский ВВП упадет либо на 8%, либо даже на 15%.

Кроме того, оценивать пока еще рано, потому что война продолжается. И каждый дополнительный день или неделя войны стоит все больше. Но уже очевидно, что по некоторым параметрам Россия вернется в конец 1980-х — начало 1990-х годов, когда многие западные товары, технологии, услуги были недоступны.

— Удастся ли российским властям создать какую-то более-менее эффективную стратегию для смягчения эффекта от санкций?

— Власти будут стараться это сделать. Но надо понимать, что сейчас, несмотря на высокие цены на нефть в мире, российские доходы от экспорта нефти снижаются из за бойкота частных компаний и эмбарго западных правительств. И поэтому у властей просто не хватит денег на то, чтобы смягчить экономический шок. Поэтому уже сейчас очевидно, что в Кремле предпочтут платить деньги военным, Росгвардии, которая избивает протестующих, и пропагандистам, пытающимся рассказать россиянам, что во всем виноват Запад.

— Вы вместе с Борисом Акуниным и с Михаилом Барышниковым создали благотворительный проект, в рамках которого собираются пожертвования беженцам из Украины. Что стоит за этой инициативой, и какую реакцию вы уже видите?

— Созданный нами проект называется True Russia. «Настоящая Россия». Это инициатива, которая объединяет русскую диаспору, людей русской культуры против того, что делает Владимир Путин в Украине. Мы не считаем, что Владимир Путин действует в интересах России. Мы считаем, что он разрушает не только Украину, но и Россию. И мы хотим сказать, что мы — настоящая Россия, а не Владимир Путин.

Что война Путина в Украине — это не наша война. И что мы, несмотря на то, что никогда не поддерживали Владимира Путина, никогда не голосовали за него, считаем себя ответственными за то, что страдают украинские граждане. Мы хотим им помочь. Инициатива только развивается, но мы уже видим отклик. Мы собрали 1 млн долларов, который передали различным фондам, помогающим украинским беженцам, и будем собирать все больше и больше денег. И это очень хорошо.

Но главное — мы больше не чувствуем свою беспомощность. Мы явно, ясно и четко говорим, что против войны, и будем действовать, чтобы помочь тем, кто пострадал от Владимира Путина, тем, кого мы не смогли, к сожалению. защитить.

— Сейчас много говорят о коллективной вине россиян. Наблюдаете ли вы негатив в отношении россиян во Франции и что думаете о коллективной ответственности в этой ситуации?

— Я думаю, что этот разговор очень важный. Как и в Германии после Второй мировой войны, российские граждане должны спросить себя: все ли мы сделали для того, чтобы люди в соседней стране не пострадали от нашей неспособности остановить этот режим. И, конечно же, правильный ответ на этот вопрос: мы сделали недостаточно.

Да, это наша проблема, что в России сегодня избивают протестующих, разворовывают бюджетные деньги, уничтожают будущее нашей страны. Но то, что мы не справились с задачей оградить наших соседей от наших проблем, это наша ответственность. Инициатива «Настоящая Россия» и есть сообщество тех людей, которые хотят действовать против войны. Очень важно заявить: я против войны. Я не молчу. Я не считаю Владимира Путина своим представителем. Я считаю его врагом России. Но еще важно не сидеть сложа руки, не только говорить, но и пытаться что-то сделать для украинских беженцев.

— Какой совет вы бы дали тем, кто выступает против войны, но находится сейчас в России?

— Мы видим огромные протесты против войны во всех европейских городах. В России, к сожалению, это очень опасно. И я восхищаюсь теми людьми, которые, несмотря ни на что, продолжают выходить на улицы российских городов и протестуют против войны. Это настоящие герои.

Эмили Шервин

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх