Неудачный транзит: как события в Казахстане скажутся на ситуации в Беларуси

За событиями в Казахстане белорусы следят с особым интересом – в феврале в РБ должен пройти конституционный референдум по “казахстанской модели”. DW поговорила с экспертами.

В феврале нынешнего года власти Беларуси планируют провести референдум по новой конституции. Изменения должны внести существенные ограничения в полномочия президента. Разговоры о скором транзите белорусской власти появились после встречи Александра Лукашенко с Владимиром Путиным в Сочи в сентябре 2020 года, проходившей на фоне массовых протестов в Беларуси после фальсификации итогов президентских выборов.

В качестве модели подразумевался “казахстанский вариант”, осуществленный в марте 2019 года. Добровольное сложение Нурсултаном Назарбаевым полномочий президента было призвано обеспечить мирный и управляемый транзит власти. Его преемником автоматически стал глава Сената Касым-Жомарт Токаев, однако реформированное законодательство позволило первому президенту Казахстана сохранить за собой важные рычаги власти. Назарбаев был наделен правом пожизненно возглавлять Совет безопасности. Но именно ему с 3 января народ на улицах скандирует “Шал, кет!” (“Старик, уходи”).

Успешных моделей транзита власти нет?

Казахстан считался успешной и надежной моделью транзита власти, но теперь этот механизм дал сбой, отмечает белорусский политолог Валерий Карбалевич. Президент Касым-Жомарт Токаев, по его мнению, фактически воспользовался нынешними протестами, чтобы укрепить свою власть и убрать сторонников Нурсултана Назарбаева – то есть, окончательно завершить транзит.

Происходящее в этой стране можно оценивать по-разному, продолжает Карбалевич, но очевидно, что там завершается процесс созревания общества для более демократичной и либеральной системы, чем та, которая существует. И важно понять, что в условиях жесткого авторитарного режима транзит власти неизбежно является, по его выражению, “моментом кризиса”.

Что касается влияния этих событий на белорусскую политику, то в Беларуси, считает политолог, идея транзита власти теперь перенесена на более поздний срок: “Лукашенко передумал и собирается занимать свое кресло до 2025 года, события в Казахстане показали ему, насколько опасна сама идея двоевластия”.

Эксперт также уверен, что ситуация в Казахстане напугала и Владимира Путина и убедила его, что транзит власти опасен. Скорее всего, предполагает Карбалевич, хозяин Кремля также склонится к тому, чтобы остаться у власти и после 2024 года. Соответственно, он уже не будет подталкивать Лукашенко к транзиту, как это было в сентябре 2020 года.

Надежда для белорусской оппозиции

С таким мнением не согласен политолог Вадим Можейко, аналитик Белорусского института стратегических исследований в Вильнюсе (BISS). Он отмечает, что Лукашенко никогда не хотел транзита власти и никогда не был к нему готов, но он идет на смену власти не от хорошей жизни. К этому его принудил и 2020 год, и белорусский народ, и Владимир Путин – то есть, “жизнь заставляет”.

То, что после транзита власти могут возникать протесты, это не новость, отмечает эксперт. И даже если у Лукашенко перед глазами будет полностью отрицательный казахский опыт, это не значит, что он может полностью отказаться от транзита.

Прежде всего, белорусский правитель сейчас смотрит на поведение Токаева и новых элит, считает Можейко. Александру Лукашенко здесь важно понять, какие заложенные в систему транзита сдержки и противовесы работают, а какие нет, и насколько Нурсултану Назарбаеву удается или не удается влиять на ситуацию. “И важно, чем все закончится, чтобы вынести уроки”, – говорит Вадим Можейко.

В свою очередь, представитель экс-кандидата в президенты Беларуси Светланы Тихановской по конституционной реформе Анатолий Лебедько отмечает, что происходящее в Казахстане возвращает оппонентам белорусского правителя психологическую устойчивость. Противников Лукашенко не стало меньше, говорит он, но у них наблюдается усталость и психологическое разочарование из-за отсутствия побед. И то, что сейчас происходит в Казахстане, может восприниматься белорусами как успех того, что они начали.

Еще несколько дней назад считалось, что в Казахстане реализован проект образцового транзита власти, который может стать лекалом для всех постаревших авторитарных правителей, продолжает политик, но теперь в этом сомнения. А историческое значение событий в Казахстане в том, что они закрывают и эту лазейку для диктаторов: больше нет гарантий, что они останутся значимыми личностями для своей страны.

Прежде всего, белорусский правитель сейчас смотрит на поведение Токаева и новых элит, считает Можейко. Александру Лукашенко здесь важно понять, какие заложенные в систему транзита сдержки и противовесы работают, а какие нет, и насколько Нурсултану Назарбаеву удается или не удается влиять на ситуацию. “И важно, чем все закончится, чтобы вынести уроки”, – говорит Вадим Можейко.

В свою очередь, представитель экс-кандидата в президенты Беларуси Светланы Тихановской по конституционной реформе Анатолий Лебедько отмечает, что происходящее в Казахстане возвращает оппонентам белорусского правителя психологическую устойчивость. Противников Лукашенко не стало меньше, говорит он, но у них наблюдается усталость и психологическое разочарование из-за отсутствия побед. И то, что сейчас происходит в Казахстане, может восприниматься белорусами как успех того, что они начали.

Еще несколько дней назад считалось, что в Казахстане реализован проект образцового транзита власти, который может стать лекалом для всех постаревших авторитарных правителей, продолжает политик, но теперь в этом сомнения. А историческое значение событий в Казахстане в том, что они закрывают и эту лазейку для диктаторов: больше нет гарантий, что они останутся значимыми личностями для своей страны.

Будет ли референдум в Беларуси

Директор института “Политическая сфера” Андрей Казакевич считает, что пока рано рассуждать о случившемся, должно пройти хотя бы пару дней. Однако прямого влияния событий в Казахстане на белорусскую ситуацию, по его мнению, не следует ожидать. Власти вряд ли отменят референдум, хотя такие слухи уже ходят, но и белорусы вряд ли будут примерять на себя события в Казахстане.

Лукашенко не строит далекоидущих планов, продолжает политолог, а с некоторыми вещами он уже справляется плохо. Например, ему не хватило полутора лет, чтобы стабилизировать ситуацию в стране после кризиса 2020 года. Отказаться полностью от транзита власти он не может, но будет откладывать этот момент: если изменения в конституцию будут приняты, то ближайшие выборы – парламентские и местные – пройдут через два года, вот за это время и будут приниматься какие-то решения.

Глава варшавского Центра политического анализа и советник по политическим вопросам Национального антикризисного управления (НАУ) Павел Усов отмечает, что анонсированные изменения, вынесенные на референдум в принципе нельзя считать площадкой для транзита власти: “Там нет никаких содержательных механизмов, указывающих на то, что Лукашенко собирается уходить”.

Референдум властям нужен для “перезагрузки легитимности”. Это показательное мероприятие, которое должно подтвердить консолидацию системы и показать полную подконтрольность общества, говорит эксперт. И учитывая нынешние риски, можно допустить, что плебисцит будет перенесен на более поздний срок.

Александр Бураков

Поделиться:

Залишити відповідь

Схожі записи

Почніть набирати текст зверху та натисніть "Enter" для пошуку. Натисніть ESC для відміни.

Повернутись вверх