Идея глобального цифрового порядка

Цифровой революции уже десять лет, но до сих пор отсутствует глобальный цифровой экономический порядок. Вместо него имеются конкурирующие концепции цифрового капитализма, формулируемые главным образом США, Китаем и Евросоюзом. Эти страны развивают свои модели уже много лет и всё чаще экспортируют их в развивающиеся страны. Без глобальных договорённостей мир может лишиться многообещающих технологических решений общих проблем.

Вопрос, конечно, в том, какой именно альтернативный цифровой порядок возможен в современном мире. Как можно поставить интернет на службу гражданам, а не господствующим политическим и экономическим интересам? Будет непросто перенастроить стимулы, которые толкают вперёд цифровую экономику. Тем не менее, новейшие решения властей отражают растущий спрос на новые формы управления.

Например, ОЭСР возглавила борьбу с международной практикой поиска юрисдикций с наименьшими налогами (так называемый налоговый арбитраж – излюбленная практика крупных американских технологических компаний). Президент США Джо Байден назначил критиков технологической отрасли руководителями ключевых учреждений, например, Федеральной торговой комиссии, а также поручил регуляторам расследовать проблему чрезмерной силы интернет-платформ на цифровых рынках.

Тем временем китайские власти приняли новый закон «О защите персональной информации», а также проводят мощную антимонопольную кампанию, чтобы установить контроль над быстрорастущим цифровым рынком страны. Евросоюз, опираясь на свой эпохальный «Общий регламент по защите данных», продвигает более широкую концепцию этичного управления данными, цифровыми рынками и искусственным интеллектом. А такие страны, как Испания и Германия, напрямую взялись за бизнес-модели, которые существуют благодаря добыче пользовательских данных.

Регуляторы и органы власти по всему миру сейчас обдумывают, как нужно менять повестку дня в сфере искусственного интеллекта и данных, способствовать выходу на цифровой рынок нового поколения участников, формировать глобальные стандарты, соответствующие их собственным представлениям. Но если у каждой из этих юрисдикций главная цель заключается в том, что ограничить излишне могущественные цифровые интернет-платформы, тогда они могут найти общую почву, на которой возможно строительство более эффективного глобального цифрового порядка.

Органы власти ЕС и США, курирующие цифровую экономику, явно не по всем пунктам находят между собой согласие. Однако у них есть общее видение более открытого цифрового порядка, опирающегося на дух сотрудничества. Если они хотят эффективно объединиться ради этой главной цели, им нужно понять, против чего они выступают. Различающиеся концепции фундаментальной структуры глобального интернета уже пустили глубокие корни.

В этом новоявленном «сплинтернете» усиливается информационная изоляция. У людей, изолировавшихся внутри своих групп, фундаментально разные взгляды на факты и, следовательно, разные представления о том, что именно является правдой. Нет согласия даже в том, как можно обеспечивать защиту и координацию ключевых элементов цифровой архитектуры, например, GPS. В каждой юрисдикции появляются собственные системы, будь это китайская навигационная спутниковая система BeiDou, индийская региональная навигационная спутниковая система IRNSS или европейская система «Галилео».

Фрагментация в управлении цифровой и информационной силой сопровождается подъёмом антилиберализма: многие страны стараются расширить контроль над обществом и изучают новые способы распространения пропаганды. Стоимость экспериментов с новыми формами цифрового авторитаризма сегодня значительно снизилась, поскольку необходимые для этого базовые инструменты стали широко доступны, и они просты в использовании.

Интернет-платформы, подобные Facebook, фактически субсидируют (невольно, но это не значит, что они не знают об этом) проведение кампаний дезинформации в крупных масштабах. Создавать программную инфраструктуру, необходимую для организации тоталитарной системы слежки и социального контроля, сегодня так же просто, как создавать мобильные приложения.

По поводу этого цифрового порядка, возникшего в условиях отсутствия глобальной координации, возникает два критически важных вопроса. Первый касается цифрового аспекта серьёзных глобальных проблем, таких как изменение климата или пандемии, которые существуют независимо от либеральности или антилиберальности правительств. Подобно тому, как последствия изменения климата сказываются неравномерно, так же и технологии, которые нужны для смягчения этих последствий и климатической адаптации (или для эпидемического контроля), будут распределены неравномерно.

Второй вопрос – несовместимость конкурирующих концепций будущей цифровой экономики. Многие развивающиеся страны пока ещё не решили, как им расширять и как управлять своим цифровым потенциалом таким образом, чтобы новые технологии помогали реализации более широких стратегий достижения устойчивого экономического роста. Эти два вопроса нужно решать вместе. Если меры по улучшению доступа к технологиям не будут учитывать различия в локальных и национальных стратегия экономического роста, тогда они могут закрепить нежелательное цифровое экономическое будущее, даже несмотря на то, что они обещают прогресс в решении других проблем, например, изменения климата.

Совместное решение этих вопросов напрямую повлияет на реализацию программы «Цели устойчивого развития до 2030 года». Заходит ли речь о здравоохранении, образовании или изменении климата, в повестке дня любой страны стремление к глобальным договорённостям должно стоять выше стремлений к узким геополитическим победам. Впрочем, реалисты, конечно, обязаны признать, что нынешняя конкуренция между моделями в сфере контроля над данными, дизайна оборудования и управления интернет-платформами будет тяжело нависать над любыми многосторонними переговорами по этим вопросам.

Учитывая всё это, каждая из трёх цифровых держав должна сесть за стол с открытыми глазами. Для создания более стабильного и логичного глобального цифрового порядка не обязательно добиваться полного согласия между тремя моделями. Но если не задумываться над тем, как и где эти различные цифровые порядки оказываются несовместимы, может начаться гонка, ведущая вниз, а не вверх. В краткосрочной перспективе важно добиться определённой степени совместимости в тех сферах, которые затрагивают глобальные проблемы.

После двух лет жизни с Covid-19 все крупные державы и регионы должны были уже понять важность свободного обмена некоторыми видами данных. Теперь они обязаны выявить другие направления, где у них есть общие интересы. Новый, лучший цифровой порядок возможен, но сам по себе он возникнет.

Авторы: Джош Энцмингераспирант в области инноваций и государственной политики Института инноваций и общественных целей UCL; Марк Эспозитосоучредитель Nexus FrontierTech, работал в Международной школе бизнеса Hult, Гарвардском университете, Кембриджском университете и Университете штата Аризона, где он является со-руководителем исследовательской инициативы 4IR в Школе глобального управления Thunderbird. Он является научным сотрудником Института инноваций и общественных целей UCL; Теренс Це соучредитель и исполнительный директор Nexus FrontierTech, является профессором международной бизнес-школы Hult; Олаф Грот – преподаватель Международной бизнес-школы Hult и Калифорнийского университета в Беркли, является генеральным директором Cambrian.ai, членом глобальной экспертной сети Всемирного экономического форума и соавтором Кодекса Соломона (Pegasus Books, 2018). и The AI Generation (Pegasus Books, 2021).

Источник: Project Syndicate, США

Поделиться:

Добавить комментарий

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх