Война в Заливе длится уже три недели (вместо заявленных 3-4 дней) и признаков разрядки пока не наблюдаются. Наоборот, стороны повышают ставки.
Пока мировые информационные агентства публиковали снимки пожаров на иранских нефтеперерабатывающих заводах, на периферии внимания произошло событие куда более значимое. Американская ракета поразила опреснительную станцию на острове Кешм, в акватории Ормузского пролива. Без питьевой воды осталось 30 населенных пунктов. Эта атака радикально изменит правила и ход войны, а так же ее последствия.
Вода дороже нефти
Для стран Ближнего Востока вода значит больше, чем углеводороды. Там опреснение — это не бизнес, а вопрос выживаемости народов и стран.
Катар практически полностью (почти на 100%) зависит от «морской воды».
Кувейт, Бахрейн и Оман закрывают опреснением до 90% своих потребностей.
Даже мощная Саудовская Аравия получает таким способом около 70% питьевой воды.
Эксперты говорят, что эта система невероятно хрупка. На всем побережье Залива функционирует всего несколько десятков ключевых станций. Логика проста и пугающа: уничтожение даже одной-двух из них способно лишить пресной воды целые провинции. До недавнего времени существовал негласный пакт о ненападении на эту инфраструктуру. Но удар по Кешму этот пакт аннулировал.
Международное гуманитарное право прямо классифицирует объекты водоснабжения как гражданские, удар по которым приравнивается к военному преступлению. Но удар по Кешму выглядит хуже, чем военное преступление. Это было глупо.
Иран с ответом не замедлил. Вскоре после атаки на Кешм, под удар попала опреснительная станция на территории Бахрейна. Это был четкий сигнал всем монархиям Залива: дружба с Вашингтоном больше не гарантирует безопасность вашего водоснабжения.
Зона поражения иранских ракет и дронов охватывает все стратегические объекты побережья. В отличие от Пентагона, которому сейчас предстоит решать невыполнимую задачу по прикрытию сотен объектов «водной» инфраструктуры союзников, на береговой линии огромной протяженности, Ирану достаточно иметь в своем арсенале всего несколько десятков точных ракет. Чтобы создать катастрофу, не нужно уничтожать всё — достаточно поразить ключевые узлы системы.
Израиль в роли заложника собственных технологий
Главным проигравшим в “водной войне”станет Израиль. Новые правила игры кратно повысят его уязвимость. Именно Тель-Авив годами позиционировал себя как мирового лидера в технологиях опреснения. Сегодня 80% питьевой воды в Израиль поступает именно с моря.
Эта технологичность служит “ахиллесовой пятой” Израиля. Около 90% всей опресненной воды страны производят всего семь гигантских станций. Все они расположены на узкой полосе средиземноморского побережья, протяженностью около 200 километров. Такая концентрация делает их идеальной целью. Поразить эти станции – вполне посильная задача для Ирана. До сих пор их защищал принцип “табу”, а вовсе не “Железный купол”. Табу больше не существует. Правительство Ирана заявило, что впредь такие объекты могут служить законными целями для ответных ударов. Разберись потом, ответный это был удар или превентивный. Фарш ведь обратно не провернешь.
Кроме Израиля и монархий Залива, крайне уязвима и Саудовская Аравия. Массированная атака на ее опреснительные мощности, может вынудить население Эр-Рияда покинуть город в течение двух недель. Вода просто кончится. Логистически обеспечить водовозами многомиллионный мегаполис в пустыне невозможно.
Располагая компактным, но мощным ракетным арсеналом, и заполучив право на симметричный ответ, Иран теперь выходит на новое поле боя, не менее удобное, чем Ормузский пролив. Запуская ракеты по Кешму, американцы просто не могли не взвесить последствия, они ведь понимали, что делают. А раз понимали и думали, и все равно нанесли удар – то кто же там был реальной целью?
Вадим Днипро